«О красоте» — третья книга молодой британской писательницы Зэди Смит, но для российского читателя она станет первой. До этого было два романа: вызвавший бурное одобрение англоязычной критики White Teeth (2000) и с успехом разошедшийся за океаном The Autograph Man (2002);

были переезд Зэди в США и присвоение ей профессорского звания Нью-Йоркского университета. И вот наконец, спустя пять лет после публикации последнего романа (ставшего номинантом Букеровской премии), в течение которых рецензии «Нью-Йорк таймс» и «Гардиан» продолжали обрастать читательскими комментариями, Издательство Ольги Морозовой решилось выпустить «О красоте» на отечественный книжный рынок.

В центре сюжета — две враждующие профессорские семьи: Белсы и Кипсы. Говард Белс и Монти Кипс посвятили свою жизнь изучению творчества Рембрандта. На этой почве они, как водится в научной среде, на дух друг друга не переносят. Взаимная неприязнь должна бы стать семейной политикой, но постепенно все запутывается.

Этот сюжетный элемент, как и некоторые другие, критики склонны считать заимствованием из романа Э.М. Форстера «Говардс Энд», тем более что Смит сама представляет свое произведение как дань уважения любимому писателю. Но глупо было бы при этом не заметить куда более классической и явно иронической отсылки к Шекспиру. Повествование начинается с писем Джерома Белса отцу: «Даже не представляю, как ты на это отреагируешь! Но мы любим друг друга! Дочь Кипсов и я! Я буду просить ее стать моей женой, папа! И думаю, она скажет да!!! Обрати внимание на эти восклицательные знаки!!!! (…) Пожалуйста, выпей два «Валиума» и передай маме, чтобы она как можно скорее мне написала». С эпизода, который оказывается досадным недоразумением, стартует история о великом трансатлантическом непонимании.

Семья Белс — это белый англичанин Говард, шикарная чернокожая женщина из Флориды Кики и их трое детей: набожный христианин Джером, активная веллингтонская общественница Зора и увлеченный хип-хопом школьник Леви. Белсы отличаются либеральными взглядами и любовью к современному искусству. Кипсы, напротив, патриархальны и консервативны. Монти — харизматичный выходец из Тринидада, ярый антилиберал и гомофоб. Его жена Карлин — болезненная женщина со странностями. Старший сын Майкл — практичный бизнесмен, а младшая дочь Виктория — вызывающе красивая студентка, девушка свободных нравов. В один прекрасный день руководство Веллингтонского колледжа, в котором работает Говард, приглашает Монти читать курс лекций. Кипсы переезжают из Англии в Америку, и межсемейные страсти закипают.

При чтении первых страниц кажется, что мы имеем дело с так называемой «академической литературой», вроде сатиры Дэвида Лоджа на английских гуманитариев. Но жизнь вымышленного колледжа, с ее конкурирующими курсами, скучными советами, скандалами и сексом на кафедре, — всего лишь один из центров романного ландшафта. Просто Зэди Смит тоже не понаслышке знакома с этой жизнью. И если уж говорить о личном опыте, то мать писательницы родом с Ямайки, два брата — рэперы, а самой ей в последние годы приходится жить между Лондоном и Нью-Йорком (хоть от такого списка фактов и недалеко до биографических спекуляций).

В войне миров, которая разворачивается на всех фронтах, престижному колледжу противопоставляется Роксбэри, с его бедными квартирами, в которых живут торговцы поддельными сумками Roberto Cavalli . Успешным коллекционерам островного искусства и профессорам африканистики прямо на ближайшей площади противостоят гаитяне, митингующие в поддержку собственных прав. Добродетельные жены сталкиваются с эгоистичными мужьями, влюбленные дети — с разводящимися родителями, а главные антагонисты — с политическими позициями друг друга, которые, как говаривал Ленин, страшно далеки от народа.

Если заглянуть в американские рецензии на On Beauty , выясняется, что роман вообще принято считать комическим и сатирическим. Однако чтобы оценить сатиру на университетский бюрократизм, современную американскую поэзию или полемику вокруг «преимущественных прав», нужно быть неплохо знакомым с целым спектром чужих реалий. Что до комизма, то здесь читателю придется столкнуться с неразрешимым вопросом, напоминающим школьный «Почему “Вишневый сад” — комедия?». Если унылая картина семейных провалов коммуникации и бесконечная готовность давать друг другу последний шанс способна вас позабавить — вам повезло: будет над чем посмеяться.

Еще одна особенность романа, о которую приходится запинаться русскоязычному читателю, — это тонкости американской социолингвистики и городской географии. В чем разница между английским, на котором говорят выходцы с Гаити, выходцы с Карибов и выходцы с Карибов в третьем поколении? Перевод не оставляет никаких шансов оценить лингвистический слух автора, остается полагаться на интуицию.

Напоследок немного о Рембрандте, которому уделяется так много внимания (включая обширный комментарий). Его роль в романе станет одной из главных читательских головоломок. Можно только наверняка сказать, что, пока уважаемые профессора бьются по разные стороны баррикад из-за картин художника и ведут свое неправедное существование, их неинтеллектуалки-жены воплощают собой ту жизнь, которую не могут разглядеть ни Монти, ни Говард. И когда один из них увидит, на что в действительности нужно было смотреть, он не сможет сказать о полотне Рембрандта ни слова.

Несмотря на то что «О красоте» — это melting pot из этнических, социальных, искусствоведческих и политических противоречий, в первую очередь прочитываются все же семейные хроники. Браки с тридцатилетней историей, растущие дети, неизбежные адюльтеры… И поиски понимания, которое зачастую обнаруживается в самых неожиданных местах — во вражеском академическом лагере или среди потенциальных уличных преступников. Это все оставляет чувство какого-то печального оптимизма — когда уже ничего не исправить, но все еще будет хорошо.

Зэди Смит. О красоте. М.: Издательство Ольги Морозовой, 2010
Перевод с английского О. Качановой и А. Власовой

Елена Бастовская