Без сомнения, это стало одной из причин, по которым жюри под председательством Юлии Кристевой (Julia Kristeva) решила присудить ей премию Симоны де Бовуар (Simone de Beauvoir) за свободу женщин. Тем не менее, как показало это интервью, российская романистка, рожденная в стране Александры Коллонтай, одной из самых видных фигур мирового феминистского и большевистского движения, далека от свойственного ей образа мыслей.    

TV5 Monde: Большинство ваших персонажей женщины. Почему?

Людмила Улицкая: Я не считаю, что большая часть моих героев – женщины. На самом деле, я никогда не занималась подсчетом. Хотя если придерживаться демографических данных, женщин в России действительно больше, чем мужчин. В таком случае можно предположить, что такое соотношение мужчин и женщин было бессознательно сохранено мной в моих романах. Однако я не делала какого-либо просчитанного выбора в пользу женщин. Верно также и то, что гораздо легче писать о том, в чем сам разбираешься лучше всего.   

- Вы описываете сильных женщин. Что это, объективная данность или личный выбор? 

- В моей стране, в России, очень много несчастных женщин. Особенно это заметно, если взглянуть на мое поколение или поколение моей матери. Однако в то же время в этой стране всегда были сильные женщины. Выпавшие на их долю в XX веке испытания они перенесли с исключительной смелостью и упорством. На всем XX веке в России стоит печать войн и революций. И даже потом мужчины продолжили умирать на маленьких безымянных войнах на Кавказе. Женщинам же приходилось брать на себя все семейные обязанности: работать, чтобы иметь средства на жизнь, и заниматься детьми. Такие условия создали сильных, терпеливых и достойных женщин. Я не стремилась специально делать упор на таких личностях, все дело в том, что я привыкла находиться в их окружении.    

- Ваши женские персонажи всегда очень свободны. Можно ли считать это наследием советского периода? 

- Каждый раз, когда передо мной ставится столь масштабный вопрос, ответ может быть лишь приблизительным. В целом я готова признать, что российские женщины чувствуют себя свободнее мужчин. Но причина такого положения дел кроется в биологии. Чтобы как можно лучше воспитать своих детей, женщинам постоянно приходится проявлять воображение, изобретательность и смелость. В гораздо большей степени, нежели мужчинам. Причем это отнюдь не является особенностью советских времен. Такой образ жизни гораздо больше связан с биологической природой их пола, чем с каким бы то ни было наследием советского периода.  

- Заметили ли вы изменение статуса женщин на протяжении истории вашей страны? 

- Да, конечно: поколение 30-летних женщин очень сильно отличается от нас, их матерей. Они гораздо более независимые и самодостаточные, а также меньше оглядываются на своих отцов, мужей или братьев. Счастливо ли им живется? Сложно сказать… В любом случае, я горжусь своими молодыми подругами: в них я вижу все, чего в свое время не хватало нам. Эта эволюция произошла не во времена СССР, а во второй половине XX века, в истории которой я приняла участие как свидетель и как писатель.  

- Есть ли у женщин какая-то собственная манера читать и воспринимать прочитанное? Возможно, в России существует особое отношение к книгам? 

- Нет, я бы не сказала, что книги играют какую-то особую роль в жизни женщин или что у них есть собственная манера чтения. Влюбленные в книги, как, например, героиня моего романа «Сонечка», встречаются повсюду. Дело в том, что в те моменты, когда людям трудно найти причины для радости вне музыки или чтения, две этих культурных сферы выходят на первой место.   

- Есть ли у литературы какое-то особое влияние на российских женщин?

- Не думаю, что в этом плане российские женщины так уж сильно отличаются от западных. Повсюду люди, в том числе и мужчины, черпают все меньше сведений в литературе и все больше из других источников. Здесь нужно остановиться на одной очень интересной вещи: среди всех «читающих» стран Россия была одной из первых, где книга уже давно стала чисто коммерческим продуктом. И на нее действуют все законы рынка: опросы, реклама и сопутствующие товары делают читателей в первую очередь потребителями. 

- Что значит для вас вручение премии Симоны де Бовуар? 

- Это чрезвычайно важный момент в моей жизни. Я получила немало премий, однако эта, премия Симоны де Бовуар, позволила мне ощутить свою принадлежность к мировой культуре. Премию вручили в кафе, где любили бывать крупнейшие писатели XX века, и я почувствовала, что стала частью вечного культурного движения.

"TV5 Monde"