Re: цензії

Известный в русскоязычном Нью-Йорке адвокат Борис Палант дебютировал в литературе 500-страничным томом. О книге тепло отозвались влиятельные и именитые, среди которых Михаил Шишкин, Юз Алешковский, Виктор Шендерович. Хорошо иметь таких читающих друзей!

Рассказы Паланта не назвать стопроцентно документальными (этого не позволяет юридическая этика), но читатели, особенно из числа готовых попытать счастье за океаном, вполне могут использовать их как руководство к действию или предостережение от совершения типовых ошибок.

Преследование остаётся главным козырем для желающего легализоваться, меняется объект преследований. На смену «инвалидам пятой группы», как называли в своё время советских евреев, явились представители гонимых властью религиозных сект и сексуальных меньшинств, чьи ряды растут не по дням, а по часам.

Если в большой русской литературе сферы нравственного и безнравственного чётко разграничены, то рассказчик Бориса Паланта строит отношения с миром не по кодексу чести, а по писаным законам страны, ставшей его новым домом.

В рассказе «Отец» молодой юрист ещё пытается разрешить нравственную проблему: защищать ли клиента Митю, который отказывается признавать дочь, чтобы не платить ей алименты? Анализ ДНК подтверждает их родство с точностью до 99,96%, но четыре сотых оставляют Мите надежду уйти от ответственности.

И он нанимает адвоката, чтобы отбиться от претензий, предъявленных ему велферным ведомством штата Нью-Йорк. Молодой юрист обращается за советом к отцу, тоже юристу, и тот советует:

«Ты не за штат беспокойся, а за своего клиента. У штата есть свой адвокат».

Герой-рассказчик следует этой рекомендации и выигрывает дело. Чудная девочка остаётся без отца и его финансовой помощи. Теперь Митя может всецело посвятить себя новой жене и новому ребёнку.

Но финал рассказа внезапно отбрасывает читателя в мир, где существует свой незримый суд, по решению которого каждый получает по заслугам. Земной адвокат — всего лишь винтик в грандиозном механизме мироздания, его победа не есть последнее слово в судьбе человека.

«Митя женился и купил дом. У него родился сын. Каждый день к мальчику ходят на дом учителя, но не потому, что Митя разбогател, а потому, что у мальчика аутизм», — заканчивается рассказ.

Могло, конечно, быть и хуже, но ведь и девочка, оставшаяся без забот отца, не умерла на улице с голоду. Равновесие мира сохранено, потому что у всех свои адвокаты.

Несколько слов о названии книги. Перевод использованного Борисом Палантом латинского высказывания «Dura lex, sed lex» — «закон суров, но таков закон». На ироничную билингвальную интерпретацию «Дура Lex» можно посмотреть как на формулу, по которой автор может бесконечно проверять сюжетами жизни своих клиентов мудрость созданных его коллегами законов.

Вадим Ярмолинец