Матиас Мальзьё. Механика сердца. М.: Corpus, 2010. Перевод И. Волевич.

Лучшие в мире сказки для взрослых пишут музыканты, в частности французские джазисты и рокеры. И новая книжка Матиаса Мальзьё это мнение полностью подтверждает. «Мальзьё — писатель и рок-певец, вокалист самой популярной во Франции группы Dionysos, созданной им в 1993 году», — твердят нам аннотации во всём мире. Более того, по слухам, сам Игги Поп назвал Мальзьё «Франсуа Трюффо с группой».

Правда, очень быстро выясняется, что французские подростки такой группы не знают, а поиск на amazon.co.uk выдает исключительно книжки («38 мини-вестернов с призраками» и две песни, в которых Мальзьё по сути на подпевках). iTunes же не находит вообще ничего. Но это неважно: Мальзьё (прибегая к его же вольным метафорам, так и хочется перевести его фамилию как «злоглаз») — такой же миф самого себя, как и его книга. И русская «Механика сердца», и английский вариант «Мальчик с сердцем-кукушкой» — это стимпанк, замешанный на «Зимней сказке» Шекспира, «Рождественской истории» Диккенса и «Снежной королеве» Андерсена. Там, как мы помним, у персонажей тоже были сердечные проблемы.

Главный герой «Механики сердца» Джек родился в Эдинбурге в апреле 1874 года, в день, когда было настолько холодно, что птицы замерзали на лету. Это противопоставление рождения и смерти как двух точек отсчёта отныне и навсегда станет для него основополагающим мотивом. Чтобы спасти ему жизнь, повитуха-волшебница вместо сердца вкладывает в грудь мальчика часы… С этой минуты Джек обречен быть аутсайдером — он дружит не с теми людьми, влюбляется не в ту девушку, ведёт себя не так, как положено, а в конце концов выяснится, что и понимает всё абсолютно неправильно.

Эдинбург и Андалусия в исполнении французского музыканта кажутся одинаково зачарованными странами. Но неосознанно Мальзьё поднимается на качественно новый уровень — затрагивает тему сердца, которая действительно была важна для викторианской культуры. В век величайшего научно-технологического прорыва и торжества дарвиновской теории телеграф, телефон и прочие механические радости жизни казались волшебством, а медицина и физиология — ответом на все вопросы: «сердечной болезнью» викторианцы объясняли всё подряд — от потери веры до недоедания.

Метафора «разбитого сердца» становилась для них реальностью, и этот же мотив оказывается вывернут наизнанку у Мальзьё в его сказке для взрослых — инфантильных и романтичных взрослых, которым в глубине души по-прежнему хочется верить в любовь и чудо, а ещё в то, что они с детства не такие, как все, что их подменили в колыбели (вставили в грудь заводную бомбу-часы), что их никто не любит и не понимает. Взрослых, которым безумно надоело каждый день ходить на работу, а хочется в солнечную Андалусию за той первой, волшебной девочкой и сразиться наконец с ужасным грубияном, который задирал их в школе.

Возможно, концовка книги покажется слегка скомканной, но выдранные с корнем сюжетные линии вполне логичны для стимпанка и для жизни. Права на экранизацию «Механики сердца» приобрела кинокомпания Люка Бессона. Жаль, конечно, что не Тим Бёртон, а то с «Невестой в гробу» история маленького Джека составила бы прекрасный викторианский тандем.

Ксения Щербино