Re: цензії

Ну да. Не получит новая книжка Виктора Пелевина премию Букер, и не получит потому, что не является романом. Перед нами сборник повестей и рассказов. Подзаголовок у книги – «Войн@ и мiр», а краткая аннотация такова: «Война и мир эпохи, в которую нет «ни мира, ни войны».

Нигде и не утверждается, что «Ананасная вода для прекрасной дамы» – роман. Нигде, впрочем, и не отрицается. Так что, может, Букер все-таки Пелевину светит. Тем более что первая часть сборника (примерно две трети книги, если не больше) представляет собой две повести, сюжетно между собой связанные. По сути, там все между собой связано – все о боге и черте, о добре и зле, все – о вечных и проклятых вопросах.

Но не роман.

Или если все же роман, то совсем уж пелевинский, что ли, роман. Когда из одного смысла вылезает третий, закольцовывается пятым, оказавшись на самом деле седьмым, причем, разумеется, речь идет только о вставной части, которая, как обычно, больше целого.

Итак, первая часть, «Боги и механизмы»: повести «Операция «Burning Bush» и «Зенитные кодексы Аль-Эфесби» (вторую можно считать отчасти продолжением первой, но все-таки лишь отчасти, она самостоятельна и – совершенно другая). И часть вторая «Механизмы и боги»: рассказы «Созерцатель тени», «Тхаги» и «Отель хороших воплощений». Если вы Пелевина любите – книжка вас не разочарует. Если не любите или не знаете, прочтите первую повесть и рассказ «Тхаги» – и вы Пелевина полюбите.

И не только потому, что они – совершенны, не только потому, что повесть в духе лучших вещей Пелевина, а рассказ – так еще и лучшими рассказами Сорокина отдает. Просто потому, что прочтете легко и с удовольствием. Хотя темы везде гм... ну, словом, о богах, о чертях и прочих мракобесиях и чудесах.

Теперь сюжет. Советские спецслужбы воспользовались случайным изобретением – особой пломбой в зуб. Она работает как передатчик. Вставили ее потом президенту Бушу. И велели секретному агенту говорить с лидером США голосом диктора Левитана. От имени бога, разумеется. Советы ему давать. Плюс еще ангелы – чтобы технические детали разъяснять. Заодно выясняется, что американские спецслужбы – с помощью особой комнаты и всяческих технических мракобесий и чудес – уже десятки лет говорят с советскими (а теперь и российскими) вождями. От имени черта. Главный герой, однофамилец диктора Левитана, в конце концов начинает говорить и от имени бога, и от имени черта, путается, запутывается, дело доходит до того, что его похищают и он уже вещает то ли для ЦРУ, то ли для моджахедов, то ли для каких-то врагов кого-то из них.

Сам черт ногу сломит, как говорится. И очень, кстати, хорошо и верно говорится. Первая повесть написана просто, почти без сложностей и метафизики. Зато вторая, напротив, именно сложностями и метафизикой полным-полна, но тоже смешная. «Автор утверждает, что фразы «мочить в сортире» и «отлить в граните» имеют один и тот же смысл и описывают акт мочеиспускания в некой отделанной гранитом уборной, по всей видимости – правительственном туалете Грановитой палаты. Одновременно с этим, по мысли Т.Равенгрофа, должны существовать две других криптоидиомы – тривиальное «отлить в сортире» и еще не встречавшееся в открытых документах «мочить в граните»...» И чуть далее: «Лист пластика с изображением березового леса с задумчиво припавшим к березке Абрамовичем. У соседней березки стоит Кадыров, тоже задумчивый и тихий. Фигурки повторяются через каждые несколько деревьев, создавая ощущение целой толпы Абрамовичей и Кадыровых, слушающих соловьиное пение в весеннем лесу».

Ага. Ад на земле. Анфас и профиль. Вид с неба в натуральную величину. Копия памятника Петру в натуральную величину, стоящая на голове у памятника Петру. Или что-то в таком же роде. «Вот, например, выпили вы водки, не можете ключи от квартиры найти. И думаете: «Где ключи? Где ключи? Где ключи?» Это шаматха. А потом до вас доходит: «Господи, да я же совсем бухой...» Это випашьяна. У нас этим вся страна занимается, просто не знает». Вот вам и весь тибетский буддизм. Коротко, ясно, смешно и точно. А что вы еще хотели от Пелевина? Он, конечно, полностью и с головой ушел в мейнстрим, но талант, как говорится, не пропьешь.

Евгений Лесин