На том самом литературном фестивале, где можно было встретиться с «еще живыми поэтами» - http://www.kultprosvet.com.ua/nash-chelovek/4bf3e4f9121eb/ , прежде чем войти в зал, я пошла к книжным лоткам в поисках «вкусного». Дольше всего задержалась возле столика с книгами Библиотеки журнала «Радуга». Во-первых, несмотря на то, что в этом журнале едва тлеет жизнь, а сайт не обновлялся с 1998 года, в нем иногда можно найти интересные вещи. Во-вторых, книги «Радуги», как и сам журнал, можно купить где угодно, только не в книжных магазинах.

В результате – в моем сумке оказалось две свежих книги прозы всемирно известного украинского писателя и драматурга, пишущем на русском языке, Анатолия Крыма. (Его пьесы в настоящее время идут в десятках театров мира - http://anatoliykrym.at.ua/). На формулировке «украинский драматург и писатель, пишущий на русском языке» я настаиваю, поскольку после прочтения двух книжек, у меня язык не повернется назвать Анатолия Крыма русским писателем. Вся фактура, использованная в произведениях – исключительно украинская.

«Последнее слово убийцы» я предпочла более новому роману «Труба» (обе книги изданы в 2010 году) только по тому, что там есть повесть «Премия», ранее опубликованная в журнале «Радуга», и серьезно всполошившая серьезных матрон из Союза писателей Украины. Итак, «Премия» - это рассказ о том, как молоденькая девушка из провинции стала столичной поэтессой. Если вкратце, то путь был примерно такой:

- Григорий, надо бы издать Вареньке книгу! Ты посмотри, какая она прелесть! И очень талантлива…

- Тебе сколько лет, детка?

- Шестнадцать. Уже.

 - А, тогда полный порядок!...

Его рука уверенно направилась под платье, чтобы снять трусики, но наткнувшись на конечную цель своего путешествия, замерла от неожиданности. И лишь через несколько секунд, сообразив, что к чему, Григорий восхищенно произнес:

- Молодец! Далеко пойдешь!»

Конечно, после такого рассказа почтенные дамы из числа членов Союза писателей морщились, и грозились забросать камнями окна автора. А потом в кулуарчиках на междусобойчиках обсуждали, что, собственно, где-то так все оно и было. Кстати, история практически подлинная, списанная из двух дам, имена которых называть, безусловно, не стоит. Более того, одна из них получила премию не только в повести, но и в жизни. Лауреат Шевченковской премии - звучит гордо!

Помимо «Премии» в сборнике оказалось еще несколько интересных повестей. Например, «Родственник». Произведение, написанное еще в 1995 году, но кажется, как будто вчера. Первый рабочий день губернатора после смены президента в стране. Старый партийный волк мечется по своей клетке – шикарном кабинете с комнатой отдыха и двумя секретаршами на подхвате – и корит себя за то, что сделал ставку на «старого». А теперь, на тебе! В стране новый президент! В повесть вошли только три дня из жизни губернатора. Но в них столько метаний, разборок с местным начальством, подхалимства, подделок документов, подкупа и просто много незаконных вещей, что просто диву даешься – это же надо было так все выписать до мельчайших подробностей! Но больше всего меня поразила работа настоящей секретарши (а не девочки с ресепшена), с какой легкостью она заложила шефу всю областную верхушку. «Светлана незаметно вошла в кабинет. - Я подумала, может, вам понадобиться… Справка. Кто не вышел с позавчера на работу, кто больничный взял, кто отказался от назначенного приема. Здесь только областной уровень. - Он удивленно посмотрел на ее вроде бы беспристрастное личико, на котором горели серые глаза, кричащие ему: знай, я не молоденькая стерва, что годиться только для удовольствия. Я - товарищ твоим делам, соратник, подпора! И в этом листке он вдруг увидел свою победу, понял, что раз верит эта, сидящая на самой связке мнений и слухов, не все козыри ушли из его колоды…»

«Последнее слово убийцы» - это история жизни одного инженера-бизнесмена, приговоренного к высшей мере наказания, рассказанная от первого лица в зале суда. В коротком рассказе, к слову, уместилась не только конкретная история человека, но и всей позднесоветской эпохи – жил-был мальчик; закончил технический вуз; работал на заводе, который благополучно закрылся после распада Союза; пошел торговать на рынок, чтобы выжить; мечтал купить небольшой гастрономчик и т.д. и т.п. В соседнем доме тоже жил мальчик, который тоже поступил в технический вуз, но на завод он работать не пошел, поскольку еще на первом курсе стал комсоргом курса, потом – факультета, потом секретарем райкома, потом большим человеком в налоговой инспекции и т.д. В какой момент судьбы этих двух людей пересекаются…

«В каждом из нас сидит невидимый для глаз убийца. Ну, зачем же шуметь? Я вовсе никого не хотел оскорбить. Просто я считаю, что убийца, сидевший во мне, уже проснулся. А ваш - еще спит. И дай вам Бог, чтобы он спал как можно дольше, чтобы он с миром ушел вместе с вами в последний день вашей жизни, и чтобы вы убивали своих врагов только мысленно или во сне».

В целом впечатление от рассказов Анатолия Крыма такое, как будто встретился с другом, которого не видел с университетских времен, и поговорил с ним обо всем на свете. Причем в разговоре было достаточно много интимных моментов, о которых знали только он и я… Только я и страна, в которой я жила десять лет назад… Если возникнет пообщаться с тем условным старым другом, можно читать повести Крыма.

Я недавно прочитала, как Оксана Забужко говорит, что для развития прозы нужно гражданское общество. Общества, конечно, по мнению Забужко, у нас нет. Тем не менее, пару авторов, которые написали хорошую прозу о том обществе, которого нет, я назвать могу – Анатолий Крым и Владимир Яворивский. Речь идет о сборнике новелл «Вовча ферма», которые Яворивский написал во время вынужденного перерыва в политической деятельности. «Последнее слово убийцы» звучит в унисон с «Варварой серед варварів», а «Родственник» - это та же «Вовча ферма», только более облагорожена.

Наталья Талалай