Алексей Иванов. Хребет России. СПб.: Издательская группа «Азбука-классика», 2010.

Пермскому краю чрезвычайно повезло с Алексеем Ивановым. Много бы потеряло местное краеведение, а возможно, и русская словесность, если бы родители будущего писателя не переехали с ним, двухлетним, из Поволжья в Пермь. С тех пор Иванов там и живёт, уезжать не собирается (хотя пермяком, судя по интервью, себя считает не вполне) и успешно выполняет функции главного знатока, хранителя и популяризатора местных красот, богатств и тайн. Совместный кинопроект с Леонидом Парфёновым, на котором основана нынешняя книга, — это, пожалуй, самый громкий этап в его деятельности.

В фотокниге (так определяет жанр нынешнего издания аннотация) пять частей: «Герои», «Заводы», «Мастера», «Матрица», «Железный пояс Урала». Каждый разворот — отдельная главка, шикарный фоторяд, текст структурирован, ключевые понятия выделены жирным шрифтом: например, в главке «Дешевле милости» акцентированы слова «милость», «матрица», «ресурс», «милость государя». Слева — врезки, слоганы, суть того, о чём можно прочитать, переведя взгляд направо.

В предисловии «Люди и пространство» автор пишет о том, что чем необычнее регион, тем своеобразнее история и мировоззрение его жителей. Этой прописной истиной Россия пренебрегает, разделив себя на яркие столицы и «никакие» регионы. Урал — из разряда «никаких». Русские обживают этот край полтысячелетия, а он перековывает пришельцев под себя. В итоге сформировалась уральская матрица — комплекс местных представлений о мире и человеке. Рассказывая о той или иной грани Урала, автор смотрит на неё как на одну из составляющих этой самой матрицы.

Обращается Алексей Иванов и к мифологическим временам, и к тем, что запечатлены в летописях, и к событиям не столь давним. Что касается далёкого прошлого, то вот, пожалуйста, одна история. В 1984 году в челябинской степи нашли город ариев, сориентированный по звёздам. Археологи назвали его Аркаим. Врагов тут у ариев не было, а ресурс нашёлся: медные руды. В итоге они соединили колодцы с плавильными печами. «Урал продиктовал свои правила: ресурс следует оберегать державой в державе. И арии построили свои бесполезные крепости — страну городов. А затем всё сожгли и ушли навсегда. Сорок столетий руины лежали под степным ковылём. С земли, в общем, и не видно Аркаима: насыпи его валов совсем невысокие. Но с неба город ариев проявляется как нарисованный. Два концентрических круга толстых стен, а по секторам — жилые помещения. Весь город — одно-единственное круглое здание из бревенчатых срубов, толсто обмазанных глиной. В центре — площадь».

Или вот рассказ о событии, определившем судьбу региона. В 1622 году на берегу речки Ницы нашли залежи руды. Тотчас основали тут Рудную слободу, а при ней задымил первый на Урале «мужицкий заводик». Какими были эти заводики? Десяток ям, где копали руду, пяток глиняных горнов — из руды плавили чугун (горны, напоминающие термитники, ломали после каждой выплавки), да кузница, где чугун молотами перебивали в железо, а из железа ковали топоры, серпы и плуги. Этих заводиков тут было около сорока. «Не Пётр I определил судьбу Урала, когда приказал строить здесь горные заводы. Судьбу Урала определили бородатые слобожане с заступами и луками — для отпора инородцам. «Мужицкие заводики» воевод поставили на ноги горные заводы Петровской эпохи».

А вот история из чуть более позднего, имперского, периода: «На Оружейной фабрике Златоуста, где куют клинки и кирасы, мастера четыре года создают дивный рыцарский доспех — шлем и панцирь, наручи и поножи, щит и меч. По вороному булату летят Пегасы и двуглавые орлы. Это подарок цесаревичу. Золотя сталь, травится ртутью молодой гравёр Иван Бушуев, гибнет чудесный мастер Иванко Крылатко. Но его доспех царевичу не подходит. Пока мастера старались, царевич Александр вырос. Он станет императором Александром II…»

Не обойдён вниманием и создатель самых известных уральских символов — Данилы-мастера и Хозяйки Медной горы. В год Большого террора в бревенчатом домике на окраине Екатеринбурга (Свердловска) немолодой журналист Бажов по ночам пишет сказы. Он исключён из партии, уволен с работы. После публикации сказов жизнь его меняется: взлёт карьеры, слава, Госпремия, депутатство в Верховном совете. Но самое главное, что советская власть решает возродить уральскую работу с малахитом. Благо жив ещё мастер Андрей Оберюхтин с Екатеринбургской гранильной фабрики. «Двести шахт за двести лет источили Медную гору до основания. Сейчас её нет, как нет больше на Урале и самого малахита — весь выбрали. Остались только сказы Бажова и языческая власть самоцветов».

Писатель Алексей Иванов, за плечами которого опыт преподавания в школе и вузе, умеет рассказать о своём предмете просто и сжато, увлекательно и отстранённо. Так что про Урал, кажется, теперь всё понятно. Матрица «Хребта России» — это соединение учебника истории и географии, книги по краеведению и путеводителя, летописи и фотоальбома. Каждый выбирает на свой вкус.

Елена Калашникова