Так что в существовании такого специфического явления как «книжная котомания» сомневаться невозможно. А для книжных котоманов не существует лишних книг по теме. Любая новая книжка «попадает в струю» и способна радовать. Так что у «Дома для котенка Бояки» английского писателя и художника Тома Персивала, скорее всего, будет много приверженцев.

На свете живет несчастный, одинокий котенок. Живет он на помойке, и тяжелая голодная жизнь откладывает отпечаток не только на его голубой шкурке, но и в его душе. Шкурка становится серо-голубой, а душа – «трусливой и впечатлительной» (наверное, точнее было бы перевести «ранимой»). В результате котенок начинает бояться всего на свете, и это делает его жизнь совсем невыносимой.

А потом вдруг у него появляется тайный друг.

Этот лейтмотив – «Хочу найти себе друга» – детям хорошо знаком. «Искать» друга, мечтать о нем они начинают к пяти годам. И это признак развивающейся «социальности», развивающейся потребности общаться с другими детьми. Любому ребенку нужно небольшое детское общество, партнеры по играм, вместе с которыми он будет что-то придумывать. В этом возрасте – пять-шесть лет – детское воображение развивается особенно интенсивно и требует социальной поддержки и признания. Проявляется такая потребность вот в этой самой мечте «о настоящем друге», с которым можно всем «делиться» и который тебя любит.

В истории про котенка друг сначала невидимый, и догадаться о его существовании можно только по мисочке теплого молока, которую котенок регулярно обнаруживает недалеко от своего жилища. А потом оказывается, что молоко наливает мальчик, который очень хочет подружиться с Боякой. (Бояка – хорошее имя, которое вполне может придумать маленькому существу ребенок.) И вот они подружились, и жизнь тут же стала счастливой. А потом мальчик куда-то уехал, котенок отправился его искать и заблудился, и потерялся, и опять успел страшно испугаться, и чуть не умер от страха. Но тут мальчик его нашел, и на этот раз не просто накормил и обласкал, а взял жить к себе домой. У сироты-котенка появилась семья: мама, папа и, кроме друга-мальчика, еще и его маленький братик.

Конец абсолютно счастливый и почти предугадываемый. Но это, как ни странно, нисколько не обесценивает историю. Наоборот, предугаданный конец рождает в читателе чувство полного удовлетворения от прочитанного: мир устроен именно так, как хочется и как надо. Если «вначале» и случается что-то неправильное, эту неправильность можно устранить. А устраняются все неправильности в семье. Семья – это место, где можно ничего не бояться. Где ты перестаешь дрожать – даже если и был раньше абсолютным «боякой» – и в душе у тебя «зацветают ромашки».

Но «Дом для Бояки» ‒ это книжка-картинка. И главенствует в ней не текст, а именно картинки, благодаря которым история становится гораздо более эмоциональной и драматичной. В книге есть не просто грустные, а прямо-таки страшные места: зубастый монстр, темнота, непонятные тени, подозрительный свет непонятного происхождения. И через эти «страшные места» нужно пройти. Только так можно оказаться в мире «дневного», душевного света.

Иллюстрации Тома Персивала выполнены в «анимационном» стиле. В картинках отчетливо ощущается потенциальное движение, они нередко и выстраиваются как последовательная смена «кадров». Персонажи изображены очень условно, «в основных чертах», с искажением телесных пропорций – чтобы акцентировать внимание читателя прежде всего на эмоциях героев, показанных через движение (выразительные жесты, позы, гипертрофированную мимику). Ведь главное в книге – именно эмоции, переживания, психологические состояния и их смена. Заброшенность и одиночество порождают страхи (детские страхи – раз речь идет о маленьком  котенке, читай – ребенке). Страхи могут быть сильнее или слабее, но в состоянии заброшенности они никогда полностью не отпускают: тревожность становится постоянным фоном жизни. Тревожность порождает неуверенность в себе и провоцирует жизненные неудачи. А это, в свою очередь, усиливает тревожность и порождает новые страхи. Разорвать этот порочный круг может только другая эмоция, связанная с новым чувством – защищенности.

В общем, это психологически правильная книжка для детей пяти-шести лет.

А тем, кто постарше, она подойдет для самостоятельного чтения. И будет прочитана не раз.

Марина Аромштам