В прокат вышел триллер «Камень», в котором Сергей Светлаков смело экспериментирует с образом маньяка.

У бизнесмена Влада (Николай Козак) среди бела дня и прямо из охраняемого детского городка в принадлежащем ему же крупном торговом центре похищают семилетнего сына. Гадать, чего хотят в обмен на жизнь ребенка похитители, долго не приходится. Вскоре звонит мобильный, и неизвестный (Сергей Светлаков), больше для проформы поинтересовавшись, верит ли Влад, что все люди братья (и убедившись, что не верит), сообщает, что если тот не покончит с собой в течение суток, мальчик будет убит.

Экранизацию романа Юрия Бригадира с безрадостным названием «Не жить» создатели позиционируют как «первый русский триллер», в чем правы лишь отчасти. За последние лет 20 в нашем кино действительно так и не появилось ни одного полноценного триллера (за исключением разве недооцененного «Прикосновения» 1992 года Альберта Мкртчяна).

Однако же и выход «Камня» золотых стандартов на будущее не задает и не позволяет, совершенно успокоившись, считать лакуну заполненной.

Манера режиссера-дебютанта Вячеслава Каминского манкировать ключевыми моментами истории, оставляя их за кадром, не от хорошей жизни позволяет видеть в картине триллер не столько остросюжетный, сколько психологический. То есть дьявол здесь не в скучноватых деталях (к примеру, не в том, как же все-таки чисто технически был выкраден надежно охраняемый мальчик), а в связывающих героев отношениях, которые достигают поразительной моральной высоты в непредсказуемом финале.

Развитие событий в «Камне» - и это не комплимент - вообще довольно сложно угадать и еще труднее объяснить, поскольку персонажи норовят жить и умирать не по логике, а по совести, что для триллера, естественно, жульничество.

Фигура отца, вынужденного решать иезуитскую дилемму, кого он сильнее любит — сына или все-таки себя и свои миллионы, — заботит авторов не в первую очередь, и чересчур ему сочувствовать зрителя никто не агитирует. Особенно в виду того, что Влад регулярно называет жену (Олеся Судзиловская) словом «маленькая» с такой невозможной интонацией, что делается непонятно: почему мысль «а не убить ли в самом деле мужа» посещает ее только в предлагаемых экстренных обстоятельствах.

Оставляя супругов кумекать над этим на периферии сюжета, Каминский фиксирует внимание на образе похитителя, материально обеспеченного блондина Петра Алексеевича по прозвищу Камень.

Поданное в флэшбеках детдомовское отрочество научило Петра Алексеевича орудовать большим гвоздем (натренировавшись на вскрытии ворованных банок со сгущенкой, с возрастом он переключился на стариков) и никогда никого не любить, потому что ничего хорошего из этого все равно не выйдет.

Тезис иллюстрируется леденящей историей, как маленький Петя хотел погладить жеребенка, однако тот укусил подростка, а мама-лошадь добавила ему копытом по голове, после чего животные были зарезаны за склонность к агрессии и скормлены сиротам.

Сергей Светлаков, самым трагическим персонажем которого до это был гей-фрезеровщик Иван Дулин из скетч-шоу «Наша Russia», с одной стороны, кардинально меняет имидж, снявшись в мрачном проекте.

С другой, делает это малой актерской кровью, используя одно на всю картину насупленное выражение широкого лица и неизменную интонацию гопника, находящегося на постоянном истерическом подзаводе и соря золотыми словами вроде: «Наличные – не единственная связь человека с человеком». Очевидную скромность лицедейского регистра актер компенсирует активностью порывов и маневров. Энтони Хопкинсу, скажем, для того, чтобы намекнуть зрителю, что с его героем что-то не так, достаточно пошевелить эдак бровью. Светлакову для достижения аналогичного эффекта приходится за полторы экранных минуты побить проститутку, нырнуть одетым в пруд, вернуться в дом и рявкнуть перепуганному юному пленнику: «Не делай бога не из кого, кроме себя!».

Проститутка между тем влюблена в случайного клиента смиренной любовью, которая перестает казаться такой уж иррациональной, когда понимаешь, что

Петр Алексеевич – это такой осатанелый Карлсон. Инфантильный рыхловатый фантазер с бесшумным джипом вместо пропеллера, неистощимым запасом монеток в кармане и готовностью курощать обычную семью за то лишь, что в ней есть любовь, а ему, бобылю, и носки поменять некому.

Организовав себе тестовую услугу «семья на сутки», русский Карлсон обзаводится Малышом и собственной фрекен Бок, но быстро понимает, что пропеллер не спилишь, камень из души не выведешь, да и вообще тихие мещанские радости, кажется, сильно переоценены. Тут-то и находит закономерное применение пистолетик, который умеет делать громкий «хлоп!».

СЕРГЕЙ СИНЯКОВ