Как пояснил Радио Свобода Григорий Чхартишвили, детали работы Лиги избирателей ее учредили предадут гласности на пресс-конференции 18 января. О целях и задачах этой организации в интервью Радио Свобода накануне пресс-конференции рассказал писатель Дмитрий Быков. 

- Цель Лиги избирателей мне видится как обеспечение прозрачности выборов, широкой гласности любых нарушений и посильная попытка противостоять пропаганде одного конкретного человека.

- Эта структура - продолжение оргкомитета митинга 24 декабря?

- Она его продолжение только в том смысле, что люди, которые туда вошли, заявили о себе во время митингов. Но институционально она не продолжает оргкомитет: у них разные задачи.

- Как бы вы охарактеризовали ситуацию между митингами и президентскими выборами: что уже достигнуто?

- Ничего не достигнуто. Есть вещи, которые констатированы. Констатировано пробуждение страны. Видно, что массовое недовольство копится. У него пока нет собственного голоса. Нет четкого понимания того, что нужны преобразования системы. Главная претензия к оппозиции - где у вас лидер, какая у вас программа. Хотя у человека, который пытается выйти из горящего дома, программа одна - выйти из горящего дома. А дальше он будет думать, как ему построить новый дом и кого туда пригласить. То есть нет четкого понимания происходящего ни у кого. Но так всегда и бывает. Наша задача - объяснить, что происходит.

- После протестов начала девяностых страна, по ощущению многих, вернулась к тому, чем была. Поменялись лишь названия и открылись границы. Есть ли гарантия того, что сегодняшние протесты смогут привести к системным и необратимым переменам?

- Никакой гарантии нет.

- Системные изменения невозможны без осмысления ошибок девяностых. Многие ждали такого осмысления от Михаила Ходорковского. Он собирался передать свое обращение митингующим 24 декабря, но в итоге, по словам его адвоката Вадима Клювганта, только "душой" присутствовал на проспекте Сахарова. Кандидаты, которые называют себя оппозицией, обещали освободить его, придя к власти. Этим роль Ходорковского в декабрьских протестах исчерпывается, на ваш взгляд?

-  Меня сейчас интересует не роль Ходорковского, а то, чтобы он оказался на свободе. А его роль в декабрьских протестах не то что мала - она отсутствует. Из-за решетки он никаким образом не мог участвовать ни в подготовке этих протестов, ни в их осуществлении. Ходорковский сегодня, на мой взгляд, не та фигура, чтобы от него ждать осмысления. Он показал замечательный пример мужества. Это не снимает очень многих претензий к нему самому. Но манера в каждую бочку совать проблему Ходорковского, как делают наши западные друзья и коллеги, когда берут у нас интервью, объясняется, прежде всего, невежеством. Эти люди знают фамилии Политковской и Ходорковского, а, например, фамилия Удальцова им ни о чем не говорит. А Удальцов гораздо более серьезная, жилистая фигура в разговоре о декабрьских протестах. От Ходорковского же требуется лишь одно: дожить до свободы. Я уверен, что у него это получится.

- Удальцов, действительно, многих объединил, и...

- Я не говорил, что он объединил многих. Я говорил, что это интересная фигура. То, что он объединил многих, говорите вы. Я очень хочу подчеркнуть разграничение между моими ответами и вашими вопросами. Сейчас мы обязаны очень внимательно относиться к каждому сказанному нами слову.

- Вы бы назвали кого-либо - Удальцова, Навального, Явлинского -  героем декабря 2011-го?

- Герой и вождь - это разные вещи. Вождя нет, героев очень много. Это и Ирина Ясина, которая на коляске участвует в митингах и горячо агитирует. Это и Ольга Романова и ее муж, который рискует получить административный арест за выход на митинг. Это и Борис Немцов, который не поддался давлению власти, опубликовавшей прослушку его телефонных разговоров, это и Евгения Чирикова, и Владимир Рыжков. Герои есть всегда. Но они никогда не тождественны вождям. Нам сегодня совершенно не нужны вожди, и очень нужны герои.