Но ее ждала и другая встреча – тоже с кошачьей семьей. Только эта семья была книжной. Страстно желая устроить и эту встречу, я все откладывала ее, предполагая, что встреча с книжной кошачьей семьей пройдет не так весело, как с настоящей. Проще говоря, я боялась, что Ксюша будет плакать. Можно сколько угодно рассуждать о необходимости говорить с детьми на сложные темы и не бояться вторгаться в душевный мир ребенка, но когда перед тобой не абстрактный ребенок, а твой самый-самый любимый и родной, тысячу раз подумаешь, стоят ли его слезы любой, даже самой замечательной книги. И невольно можно даже порадоваться, что чудесные, но способные вызвать глубокое эмоциональное потрясение книги попадаются редко… К счастью, они все же существуют.

Ксюша помешана на кошках ‒ и настоящих, и книжных. А книга Урсулы Ле Гуин «Крылатые кошки» – не просто замечательная. Это настоящее сокровище. И в ней нет ничего непонятного пятилетнему ребенку. Но она не удовлетворяла главному требованию, выдвинутому Ксюшей около полугода назад: книги должны быть «без плача» ‒ «Чтобы я не плакала, и в книжке чтобы никто не плакал».

И все же я решила довериться автору. Мудрость и гуманистическое понимание жизни Урсулы Ле Гуин общеизвестны. И хотя другие известные мне книги этого автора вовсе не предназначались маленьким детям, я была уверена, что и в «Крылатых кошках» не может быть никакой фальши, сюсюканья, морализаторства или просто скуки.

Вообще-то я крайне редко заранее читаю книги, предназначенные для чтения Ксюше вслух. Обычно просто заглядываю одним глазом, чтобы составить себе общее представление. Радость «открытия» книги мы должны испытать вместе с ребенком. Вот и в «Крылатых кошек» я только заглянула, но этого оказалась достаточно, чтобы понять – для Ксюши это будет книга-потрясение. Возможно, ничего более сильного мы пока не читали. Сила воздействия книги определяется, конечно же, мастерством и личностью автора. Но в «Крылатых кошках» еще и иллюстрации С.Д. Шиндлера такие, что даже человек, равнодушный к кошкам, может усомниться в этом своем равнодушии. Трудно представить какие-то другие, более подходящие иллюстрации к этому тексту.

Книга начинается с посвящения: «Всем кошкам, которых я когда-либо любила. У. К. Ле Г.». В общем-то, вполне обычное посвящение, но понять смысл этих простых слов можно только прочитав книгу. Нам повезло наткнуться на это посвящение после прочтения даже не первой, а второй книги ‒ «Крылатые кошки возвращаются». И это было как озарение, как ключ ко всему. Ведь вся эта история – просто о любви! В подлинном смысле этого слова, не скрытом вековыми налетами грязи от бесцеремонного обращения. И конечно, речь здесь не только о любви к кошкам. Хотя одарить крыльями можно, наверное, только самых любимых и достойных такого дара.

Но ведь часто, чтобы по-настоящему понять, что такое любовь, приходится сначала пройти через испытания, приходится понять и принять другие простые и даже горькие истины.

Ксюша действительно плакала, плакала горько и безутешно. Она горевала по-настоящему: «Почему ты не сказала мне, что эта книга ‒ о расставании?!» Она запретила мне ее утешать, сквозь слезы только и смогла сказать: «Не мешай, я буду плакать до конца, пока слезы не кончатся, а ты читай дальше». И я читала – потому что эту книгу нужно прочитать всю сразу.

Мама-кошка должна расстаться со своими детьми. Так нужно ради их благополучия. Да ведь по-другому и не бывает в жизни, родители должны расставаться с детьми. И, думаю, именно обостренное понимание правдивости этой вымышленной истории так повлияло на Ксюшу. Она гладила рукой рисунок, где вся семья еще вместе, и тогда ее рыдания становились такими громкими, что я не могла читать. Но она твердила: «Читай, читай…»

Очень быстро становится ясно, что котята вполне готовы к самостоятельной жизни. Но ведь мама осталась одна? Нового маминого мужа-кота Ксюша не хочет считать равноценной заменой детям. Но даже и здесь она понимает, что автор честен с читателем. Мама-кошка хорошо воспитала котят, она научила их всему, чему должна была научить, чтобы подготовить к самостоятельной жизни.

У котят все сложилось хорошо, так и должно быть в детской книге. С Ксюшей тоже все было в порядке, к концу книги она уже смеялась от радости за котят, правда пока еще сквозь слезы, и несколько раз просила перечитать фрагмент о знакомстве человеческих детей Сьюзен и Хэнка с Харриет, Джеймсом, Роджером и Тельмой (котят зовут вполне по-человечески, и было бы очень странно, если бы их звали Муркой, Барсиком или какими-то другими кошачьими именами). Особенно Ксюше понравилось, как Сьюзен подзывала котят: «Киса. Кис-кис-кис-мяу. Котенок-котик. Котеночек-крылатка. Крылокотик. Котокрылик!»

На следующий день, вечером по дороге из детского сада, Ксюша весело спросила: «А к нам могут прилететь крылокотики? Нужно оставить открытой форточку. А вдруг, когда мы придем домой, то увидим, что у наших котят выросли мягкие шелковистые крылышки?.. ‒ Мечтательно: ‒ Тогда придется их всех оставить себе. А давай сегодня еще раз прочитаем про крылатых кошечек?» И вот только после этого предложения я вздохнула с облегчением. Все действительно хорошо.

Вторую книгу, «Крылатые кошки возвращаются», я купила, едва она появилась в продаже. Но читать ее сразу мы не стали, берегли, даже на новогодних каникулах не смогли найти для нее нужного настроения, дни и так были перегружены впечатлениями и подарками. Но Ксюша и не настаивала, ведь главное она уже знала по картинкам – котята еще встретятся со своей мамой. И хотя Ксюша по-прежнему считает, что расставаться с мамой ни в жизни, ни в книге совсем не обязательно (в крайнем случае, только «если кто-то из детей захочет сам»), книги про крылатых кошек у нее сейчас самые любимые.

Конечно, Ксюшина реакция и ее отношение к этой книге – всего лишь «частный случай». Не думаю, что «Крылатые кошки» вызовут слезы даже у большинства ее ровесников, не говоря уж о более старших детях. Книга ничуть не сентиментальна, она просто прекрасна. И Ксюша рекомендует ее всем.

Наталья Соляник