Колину Кларку двадцать четыре, он выпускник Оксфорда и одержим кинематографом. Родители скептически покачивают головами. «Я придержу для тебя место в библиотеке», - кричит ему вслед отец, когда Колин отправляется на свое первое собеседование в Лондон: сэр Лоуренс Оливье снимает там «Принца и танцовщицу» с Мэрилин Монро (Мишель Уильямс) в главной роли. В Лондоне Колин два дня сидит на диване в офисе, потом начинает отвечать на звонки и приносить чай. В нужный момент находит для мисс Монро подходящий домик и так становится третьим помощником режиссера. Дальнейшее - материал книги Кларка «Моя неделя с Мэрилин».

Нет нужды рассуждать о том, насколько эта Мэрилин похожа на «настоящую». Настоящей ведь никогда и не было. Мэрилин сама как кино, ее назначение в том, чтобы нравиться. «Хочешь, я покажу ее?» - шепчет Монро. И тут же прикладывает пальчик к губам, кокетничая с публикой, собравшейся в Виндзорском замке. «А ты тоже знаменитость?» - спрашивает повар у Колина. «Да нет, я никто», - отвечает тот и действительно остается никем на протяжении всего фильма. Мы ничего не узнаем о Колине - как и о других. Лоуренс Оливье, Вивьен Ли, мелькнувший на заднем плане Норман Уиздом - все они здесь только статисты, застывшие в ожидании звезды. Ничего неожиданного. Все, что вы знали о Мэрилин, но увидите еще раз. 

Мэрилин отражает саму недостижимость наших желаний, ускользающую иллюзорность любого объекта любви. Даже становясь реальностью, мечты сохраняют свой флер таинственности, оставляют зазор для фантазии: «Вы для меня как греческая богиня». Она, как героиня стихотворения Бродского, - красавица, с которой не ляжешь. С ней только и можно, что гулять по полям, тихонько засыпать рядом да иногда получать случайный поцелуй. Оттого, наверное, главный предмет вожделения Колина - не Монро, а само кино. «Вы женаты?» - «Я женат на вашей картине», - вероятно, мог бы ответить он, подобно герою Райана Гослинга из «Мартовских ид».

Фильм Саймона Кертиса призван не развенчивать старые мифы о Монро, а питать их, он сам - часть этой мифологии. Пила таблетки, закатывала истерики, не могла забеременеть. Целовала многих. Кинематограф как искусство иллюзорного не сдается, жизнь не случается. Кино о кино, какого много в этом сезоне, и второй фильм после «Хранителя времени», от которого на глаза наворачиваются настоящие, не глицериновые слезы. Мэрилин здесь - идеально гладкая сфера, внутрь которой нам не суждено проникнуть - возможно, оттого, что режиссер и не пытается. Довольно неамбициозный фильм, «7 дней и ночей с Мэрилин» - словно экранизация статьи из журнала «Биография», а не книжки мемуаров. В историю этой Мэрилин охотно веришь. 

Список прошлогодних оскаровских номинантов пестрел фильмами, снятыми по мотивам реальных событий. В этом году кино настойчиво начинает перерабатывать уже собственную историю («Хранитель времени», «Артист»). «7 дней и ночей с Мэрилин» соединяет в себе обе эти тенденции: вполне ожидаемым образом фильм о судьбе американской кинозвезды становится высказыванием о природе самого кинематографа, дающего зрителю сверхъестественно яркий концентрат переживаний. Моменты соитий и разлуки - это жизнь в своей запредельной интенсивности, и кино - опыт ровно такой же запредельной жизни. Любовь живет семь дней. Ну или полтора часа. Прочее - евроремонт чувств, усталая моторика отношений, прочее - уже неразборчиво.

Асса Новикова