«Букетной» песня называется потому, что исполняли ее на «букетном обеде»: празднике, который традиционно сопровождает начало любого строительства во Франции (этот обычай и сейчас еще жив во многих областях страны). Как только строители поставят стропила крыши, на самую верхушку водружается шест с флагом и букетом цветов. И во время обеда каждый присутствующий должен исполнить одну из старинных народных песен.

Анна Рапопорт

Филолог, краевед, педагог

В этой книге много необычного. Например, название – «Трудус-трудум-труд». Оно тоже кажется какой-то старинной напевкой или присказкой. И это действительно так: в одной из сказок волшебные слова «трудус-трудум-труд» помогают неумехе и лентяю стать настоящим мастером. Ведь перед нами – книга о труде. Об очень тяжелой и невероятно красивой работе. О тружениках. О Кароле из Орлю, который чует воду и роет колодцы. О гасконских кузнецах, которые куют шпаги отряду Д’Артаньяна. О Луизэ-Дырявые руки, который стал лучшим корзинщиком Прованса. Об углекопах, красильщиках, стекольщиках, габарщиках….

Истории о ремеслах и ремесленниках пересказала (а в некоторых случаях – дополнила, досочинила) французская писательница Луда. Под этим псевдонимом скрывается Людмила Шнитцер, родившаяся в 1913 году в польской семье в Берлине и с 1925 года жившая в Париже. Это имя достаточно хорошо известно в интеллектуальных кругах Франции: делом своей жизни она считала пропаганду русской культуры. Она много работала для радио и кино, сочиняла собственные детские книжки и в 1981 году была удостоена литературной премии Парижа за вклад в детскую литературу. Людмила Шнитцер много писала и для взрослых – книги, написанные ею в соавторстве с мужем-кинематографистом, посвященные истории советского кино, режиссерам Эйзенштейну, Пудовкину, Довженко внесли свой вклад в становление и развитие современного французского кинематографа. Как и многие левые европейские интеллектуалы первой половины ХХ века, Шнитцер симпатизировала коммунистическим идеям и Советскому Союзу, а потому печатала свои произведения в журнале французских пионеров «Пиполэн». Благодаря этому ее произведения были замечены в СССР и изданы государственным издательством «Детская литература».

Луда не раз признавалась в своей любви к сказам Павла Бажова (и, кстати, сумела перевести труднейший язык уральского сказа, полный диалектизмов и анахронизмов, на французский). Не исключено, что замысел сборника сказок о ремесленниках возник у Луда под влиянием «Малахитовой шкатулки». Особенно заметна перекличка с Бажовым в сказке «Старый углекоп», в которой маленький бедняк Тиофи, влюбленный в шахты и штольни, впервые спускается под землю и встречает там Старого Бородача, предвестника камнепадов… Конечно, жуткий Бородач или Черный зверь совсем не похожи на Хозяйку Медной горы, но ведь и Урал далек от Лотарингии.

Может показаться, что сказки из сборника «Трудус-Трудум-Труд» никак не связаны с реальностью XXI века. Это не так. В истории о последнем габарщике Пейру, который сплавлял на своей габаре (большой плоскодонной лодке) лес по своенравной горной реке Дордони, рассказывается о трагедии: во время сплава гибнет мальчик-юнга, которого Пейру впервые взял в плавание. И габарщик решает отомстить своей сумасшедшей реке-подруге: «Дордони надо навсегда заткнуть глотку!» Он приглашает инженеров, помогает им с расчетами, и 2 августа 1914 года начинается строительство плотины. Эта плотина, Барраж-де-Борт, и сейчас стоит в провинции Дордонь, на месте затопленного городка Лано, где жил последний французский габарщик…

А знаете ли вы, как родилось знаменитое искусство гобеленов? Нет, не надо заглядывать в энциклопедии. Там мы прочтем лишь про некоего Жана Гобелена, пожалованного дворянством за искусство создавать красочные ковры. А как он искал эти краски, где нашел – об этом энциклопедии молчат. Зато сказка «Парижский домовой» очень изобретательно и с юмором расскажет давно забытую историю рождения прекрасных ковров.

Возьмите детей за руку и приходите в Темный коридор Зимнего дворца, стены которого покрыты чудными гобеленами. Гуляя по Парижу, загляните с детьми в музей Клюни – полюбоваться на изделия французских кузнецов. Привезите детей в Шартрский собор – от красоты его витражей перехватывает дыхание у людей любого возраста. И вспомните о безымянных мастерах, создававших славу Франции. «У короля Людовика и его придворных глаза разбежались. Стол хорош, но и глиняный кувшин не хуже. Ковер – дивной красоты, но и оловянное блюдо его стоит. Медный котел, искусно сплетенная корзина, расшитое платье – ну как между ними выбрать? Да, знают свое дело французские мастера!»

Анна Рапопорт