На Берлинском кинофестивале сегодня день немецких фильмов и фильмов о немцах: в «Барбаре» они бегут из ГДР в ФРГ, в «Железном небе» падают, увешанные Железными крестами, с неба.

Берлинале может обойтись без чего угодно, но только не без двух-трех немецких лент в конкурсе. Очевидно, их отбор – особенный внутренний сюжет, незнакомый непосвященным. Состязание немцев между собой всегда кончается присуждением той или иной награды минимум одной национальной картине, как будто жюри подписывает пакт с отборщиками.

В Берлине-2012, по всем признакам, дойче-лидером стала «Барбара» Кристиана Петцольда с его любимой актрисой Ниной Хосс в главной роли. Сдержанная и суховатая драма о ГДР 1970-х годов рассказывает о судьбе женщины, совершившей неудачный побег на Запад; в качестве наказания ее перевели из берлинской клиники, где она была врачом, в захолустную больничку, установив за ней унизительное круглосуточное наблюдение. Несмотря на это, Барбара связывается со своим бойфрендом из ФРГ и готовится бежать еще раз, однако новые знакомства и переживания заставят ее пересмотреть свой план. Притча о выборе, возвращающая публику к темам оскароносной «Жизни других», полна сюжетных нестыковок и сомнительных условностей, но на общем фоне конкурса 2012 года превратилась в фаворита критиков. Куда меньший энтузиазм вызвали семейная сага Ханса-Кристиана Шмидта «Домой на уикенд» и спекулятивная размашисто-живописная трагедия Маттиаса Гласнера «Милосердие», снимавшаяся на самом севере Норвегии полярной зимней ночью.

Какая бы из этих картин ни получила «Медведя», ее шансы на прокат за пределами немецкоязычных стран останутся крайне скромными (чуть расширить этот ареал поможет лишь «золото»). Причин тому несколько. Одна в том, что современный немецкий кинематограф не является ведущим в теперешней Европе. Вторая в том, что

мировая публика по-прежнему предпочитает видеть на экране других немцев. Не скучноватых граждан Евросоюза, а сильных, жестоких и живописных сверхчеловеков из Третьего рейха.

Казалось бы, примитивный стереотип, который давно пора было изжить. Ничуть не бывало: в том же Берлине ни один год не обходится без фильма о нацизме. И пока критики обсуждали в своем сравнительно узком кругу «Барбару», широкая публика ломилась толпами на каждый из трех фестивальных показов ленты «Железное небо», представленной в параллельной секции «Панорама».

Режиссерский дебют финна Тимо Вуоренсола стал, без сомнения, самой громкой премьерой Берлинале вопреки растерянным или даже уничижительным рецензиям. А все потому, что эта картина рассказывает о фашистах с Луны, решивших поработить Землю.

«Железное небо» – чудо краудфаундинга; его можно изучать как феномен с этих позиций, не разбираясь в художественных достоинствах и проколах. Внушительная часть семимиллионного бюджета была собрана по интернету при помощи фанатов, уверовавших в таланты Вуоренсолы после бешеного успеха его короткометражки, вывешенной в сети. Эти же потенциальные зрители участвовали в написании сценария, предлагая сюжетные повороты и шутки. Но и они же составят немалую часть международной аудитории фильма, заранее обеспечив ему большую кассу. В общем, судя по восторженному вою после каждого берлинского показа, эта схема беспроигрышна: какой бы чепухой ни оказалось кино, будучи его соавтором и акционером, ты его поддержишь и полюбишь. С этой точки зрения создатели справедливо сопроводили свое детище кичливым слоганом «Больше, чем кино».

По сюжету, в 1945-м в рамках секретной программы Гитлера несколько сотен нацистов спаслись от поражения во Второй мировой, улетев на Луну. Обосновавшись на ее темной стороне, они построили там целую империю (в форме гигантской свастики), за десятилетия умножив свою техническую мощь и подготовившись отвоевать Землю. Подходящий момент наступает в 2018 году, когда в рамках провальной кампании перевыборов глуповатая президент США решает послать на Луну первого чернокожего астронавта – «Black to the Moon», как гласят предвыборные слоганы. Бравый афроамериканец и обнаруживает космический Четвертый рейх, солдаты которого арестовывают посланца Земли и, реквизировав у него айфон, используют диковинный аппарат как источник питания для своей «звезды смерти» – боевого корабля с устрашающим названием «Сумерки богов».

Впрочем, когда начинается Первая планетарная война, выясняется, что у каждой земной империи есть свои боевые космолеты, державшиеся в строгой тайне от конкурентов, например у США это флагманский крейсер «Джордж У. Буш», а у России переоборудованная станция «Мир».

В пересказе это звучит чуть веселее, чем смотрится на самом деле. Нет, в «Железном небе» немало достоинств. Хороша в обличии нацистки-идеалистки белокурая Юлия Дитце, впечатляет богатырская стать Гетца Отто – будущего фюрера, хороши и Кристофер Кирби в роли астронавта Джеймса Вашингтона, и король трэша Удо Кир в качестве лидера нации Вольфганга Кортцфляйша (на русский эту фамилию, пожалуй, можно перевести как Короткописькин, который никак не может заставить своих подчиненных выговаривать «Хайль Кортцфляйш» без ошибок). Удалась шутка о «Великом диктаторе» Чаплина как «величайшей короткометражке мирового кино»: в лунных школах гитлерюгенда его демонстрируют в обязательном порядке, но после сцены, в которой Чаплин обнимает земной шар, сразу идут финальные титры. Забавен и саундтрек, написанный группой Laibach на основе вагнеровских мелодий. Однако фильм в целом беспощадно растянут, монотонен, топорен и не выдержан в единой эстетике – увидеть в ленте пастиш старинных B-movies мешают солидный постановочный размах, а до настоящего, хоть и пародийного блокбастера «Железное небо» все-таки не дотягивает.

С другой стороны, какая разница? Этот проект осуществлен таким образом, что фан-база заглушит любую критику: нехватку таланта или опыта у режиссера компенсирует заведомая любовь его зрителей.

Может показаться, что «Железное небо» – обычный пустяк, рассчитанный на толпу безграмотных интернетчиков, и на серьезном фестивале ему делать нечего. Но так ли это? Прямолинейный сатирический посыл фильма не нов, но любопытен: подзабытая землянами нацистская риторика и расовая теория находят колоссальную популярность в Америке ближайшего будущего, а на заседании ООН оказываются подходящей идеологической базой для всего современного человечества. Так что даже в развлекательной трэш-поделке нашлось место для политического предостережения, сделавшего «Железное небо» интегральной частью и самым ярким событием Берлинале

Антон Долин (Берлин)