Было время - кстати ли, некстати ль -
Тусовалась властная орда.
Не менялся только председатель
Конституционного суда.

Уцелел один в безумном ралли - 
То-то и дивится вся печать!
Да, его сначала выбирали,
А потом решили назначать.

Но, как прежде, был нетленен Зорькин,
Символ чести всей родной земли.
До сих пор следит он глазом зорким,
Чтобы Конституцию блюли.

Ведь она - оплот родного быта,
Наш последний, в сущности, редут.
Следует при всех сказать открыто,
Что ее действительно блюдут.

При ворах, гэбистах и прохвостах,
Делающих темные дела,
Ничего, что было в девяностых,
Не осталось. А она цела.

Все, как было с первого изданья.
Без поправок, Боже сохрани.
Нет собраний? Вот же, есть собранья.
Нет свобод? Да вот же все они.

Прежние гарантии на месте,
Зорькин бдит за этим двадцать лет.
А что жить положено по чести,
Так про это там ни слова нет.

Он с постом уже, похоже, свыкся.
Пост ему по нраву, по уму.
Я его менять не вижу смысла,
Да и Конституцию - к чему?

Пусть уж доработает в покое,
А сменить (о чем у нас и спор)
Следовало б что-нибудь другое.
Только что - не ясно до сих пор.

Фото: "Российская газета"