А советские дети любили героя сказочной повести Юрия Дружникова «Приключения Карандаша и Самоделкина» (Карандаш к тому же играл важную роль в журнале «Веселые картинки».) Карандаши в сказках прошлого века, как правило, умели рисовать оживающие картинки. Но чтобы они вступали в спор с «хозяином», да еще предъявляли ему претензии по поводу того, чтό он рисует, – это новый сюжетный поворот, придуманный современным американским писателем Дрю Дейуолтом. Правда, в его сказке действуют не карандаши, а восковые мелки. Но это всего лишь показывает, что современные дети дошкольного и младшего школьного возраста предпочитают их карандашам.

Маленький Дункан хочет порисовать. Он открывает портфель, чтобы достать мелки, – и обнаруживает в портфеле связку писем. Оказывается, это письма мелков. Собственно, вся книга – это «собрание писем», написанных от имени цветных мелков. Естественно, это цветная книга: художник-иллюстратор Оливер Джефферс вносит огромный вклад в дело повествования. Каждый разворот посвящен письму одного из мелков. Слева – текст (написанный цветом того мелка, который является «автором» этого письма), а справа – персонажи, нарисованные Дунканом (Оливером Джефферсом) с помощью этого мелка.

Мелки жалуются на жизнь. Жалобы связаны с тем, что и как рисует Дункан (за исключением жалобы Персикового мелка, которому не нравится «ходить обнаженным»: Дункан снял с него бумажную обертку). Претензии одних мелков связаны с тем, что их слишком много используют (то есть у Дункана есть любимые цвета). Другие жалуются, что их используют слишком мало. Белому не нравится, что он «пустое место». Черному – что он служит лишь для прорисовки контура. Серый устал раскрашивать огромных горбатых китов, а розовый протестует против «девчачьих» картинок.

И все это очень смешно читать, потому что мелки не просто предъявляют претензии. Каждый из них разговаривает с Дунканом со своей интонацией, через которую передается индивидуальный характер каждого. Черный, что называется, рубит с плеча. Желтый – веселый и хитроватый. Белый – углубленный в себя, уязвленный. Синий – утомленный философ. И т.д.

В результате невозможно отделаться от ощущения, что мелки – это существа с собственным внутренним миром. И мальчик должен иметь это в виду, «вступая с ними в отношения». И читатель должен помнить, что все, с кем он вступает в отношения, имеют свой внутренний мир и свой взгляд на вещи. И что реакция этих «всех» на одно и то же событие может быть самой разной. С точки зрения одного солнце желтого цвета. А с точки зрения другого – оранжевого. И сказать, кто из них прав, не всегда возможно. Это одна из сложностей жизни. И с ней приходится иметь дело.

Но это лишь одна из «вестей» книги, адресованных читателю.

Другая – не менее интересная. Чем, собственно, недовольны мелки? Тем, что их используют в соответствии со стереотипами: небо – синее, кит – серый, крокодил – зеленый. Художник не может так поступать. Художник – если это настоящий художник – обязан искать неожиданное визуальное и цветовое решение, чтобы знакомые, привычные предметы и явления представить в новом свете, рассказать о них что-то новое. О них ‒ и в то же время о себе как о человеке.

Вот этот мотив – избавления от стереотипности видения – звучит в книге очень ярко и убедительно.

«Бедняга Дункан всего лишь собирался порисовать…» Мальчик не отказывается от этого желания: видимо, он очень любит рисовать. Но при этом, сообщает автор, Дункан очень хотел, «чтобы его мелки были довольны».

То есть, с одной стороны, Дункан не может пренебречь настроением и мнением других. С другой стороны, после чтения писем мелков он уже не может рисовать по-старому. И тогда он принимает решение нарисовать совершенно неожиданную картинку. Эту картинку мы можем видеть в конце книги. На ней изображены розовые динозавры и синие крокодилы, красный слон и зеленое море. Солнце оранжевое, но небо вокруг ярко-желтое. Облака самых разных цветов – белого и зеленого, и из них идет дождь. Да, еще есть черно-белый надувной мяч. И небольшая черная радуга. Совсем небольшая, так что она ничуть не мешает этому празднику цвета.

Странное дело: цвета вроде бы «перепутаны», но ощущения неправильности не возникает. Наоборот, возникает чувство ликования и интереса к жизни. 
«Когда Дункан показал новый рисунок учительнице, она поставила ему пятерку за выбор цветов и особо отметила творческий подход!»

Да здравствует эта учительница! – вот что я скажу.

И да здравствуют писатель и художник, которые так остроумно и ненавязчиво учат ребенка-читателя художественной смелости и, если хотите, пониманию смысла искусства.

Лет в шесть, думаю, эту книгу уже можно читать ребенку. Он воспримет ее всерьез.

А в восемь лет он уже сможет смеяться, читая письма мелков самостоятельно. Смеяться можно над тем, что ты готов преодолеть. Но сначала (года в четыре), как это ни смешно, нужно усвоить, что небо – синее, а трава – зеленая, – чтобы потом решиться увидеть траву разноцветной.

Марина Аромштам

В названии статьи использованы слова из песни «Какого цвета лето». Слова Н. Бромлей, музыка В. Шаинского.