Re: цензії

На Берлинском фестивале ежегодно работает специальная внеконкурсная программа Generation, куда приглашаются фильмы для детей и подростков. В том числе, естественно, анимационные. Их, как правило, ждет успешная прокатная судьба, хотя картины порой подбираются неординарные. Одним из таких хитов может стать «Жирафа» – французская мульт-история про животное из Африки, которое 200 лет назад египетский султан преподнес в подарок французскому монарху. Жирафа проделала путь через пустыню и Средиземное море. На всем пути следования из Марселя в Париж на нее сбегались поглазеть толпы народа. В итоге живой экспонат выставили на всеобщее обозрение в клетке в парижском Jardin de Plantes, ставший прообразом большинства европейских зоопарков.

Французские постановщики Реми Безансон и Жан-Кристоф Лие добавили в сюжету еще одну линию – вместе с жирафой из Африки сбегает пара темнокожих детишек, которым грозит продажа в рабство. Среди персонажей также имеются: плохой белый охотник-работорговец; угрюмый, но добрый внутри бедуин; бригада пиратов под предводительством женщины с родинкой, напоминающей атаманшу из «Бременских музыкантов».
Безансон и Лие рассказали «Парку культуры», что они думают о компьютерной анимации, 3D и зоопарках.

–Можно ли говорить в вашем случае о французской традиции в анимации, или вам ближе какая-то другая?

Лие – Существуют, конечно, и японская традиция, и американская, а мы во Франции испытываем влияние самых разных техник. Мне, в частности, довелось работать с Сильвеном Шомэ над «Трио из Бельвилля» – у него свой совершенно особенный стиль. Думаю, что мы во Франции испытали еще и сильное влияние бельгийской школы, в основе которой школа рисованного комикса. Для каждой истории надо выбирать наиболее подходящий способ ее рассказать.

–Вам не кажется, что ваша приверженность двухмерной анимация в век 3D выглядит немного старомодной?

Безансон: – Возможно, во мне говорит ностальгия по мультфильмам, которые смотрел в детстве (помню, обожал и диснеевские) – но главное, в детстве всегда сохранялось ощущение, что фильм можно читать, будто книгу, переворачивая страницы. Для «Жирафы» это как раз то, что нужно. Но вообще, если честно, тут не только ностальгия взыграла, но и тот факт, что я, признаться, не силен в компьютерах.

Лие – Мы не заявляем, что не интересуемся трехмерной анимацией. Лично я ее не отвергаю, просто это не моё. Зачем же заниматься тем, что не слишком-то по душе?

–Но вы же не могли вовсе обойтись без компьютера на этой картине?

Лие –Это процентов на 70 ручная работа. Мы анимировали на компьютере море и средства передвижения: воздушный шар Монгольфье, на котором летят наши персонажи, экипажи на парижских улицах... Так что да, совсем без компьютера не обошлись.

–Реми, а что побудило вас заняться рисованными фильмами – вы же режиссировали до сих пор игровое кино?

Безансон – Сюжет «Жирафы» меня очень увлёк, однако я не представлял себе, как это реализовать вживую. Зато отлично видел, что тут подойдет старая добрая анимация. Но в наше время грань между реальным кино и рисованным стирается - Стивен Спилберг с Питером Джексоном делают «Тинтина», а известный аниматор Брэд Берд режиссирует четвертую часть франшизы «Миссия невыполнима». Все смешалось.

–Одну и ту же историю можно рассказать по-разному, в этом фильме речь идет о серьезных вещах - свободе, рабстве, колониализме. Почему вы решили сделать из этого именно детский фильм?

Безансон Потому что жираф в фильме – детеныш. Он, точнее, она, это же девочка, - взрослеет по ходу картины. И мне показалось, что друзьями жирафы должны быть именно дети. Для многих это животное, думаю, связано прежде всего с детскими воспоминаниями. Так что в широком смысле, это фильм о взрослении – о том, что или кого мы навсегда оставляем позади.

–Вам приходилось специально адаптировать эту историю для детского восприятия?

Безансон –Я не думаю, что надо становиться на четвереньки, чтобы опуститься, так сказать, до детского уровня. Надо говорить с детьми стоя, как со взрослыми.

Лие – Вспомните, разве вам нравилось в детстве, когда с вами сюсюкали? Мы не обращались именно к детской аудитории. То же «Трио из Бельвилля» – это ведь был не вполне детский фильм. Вы же обратили внимание, у нас животные не разговаривают, как в детских мультиках. Разговаривают только люди - это по-взрослому.

Безансон – Да, и мы не стремились, как в современной диснеевской продукции, населить картину симпатичными зверюшками и счастливыми мордашками. Мы хотели привнести элемент реализма.

–А кто для вас авторитет в мире анимации?

Лие –Пожалуй, Хаяо Миядзаки. То, как он показывает природу, сам ритм его фильмов, неспешная манера повествования. Да и сами линии рисунка: у Миядзаки чувствуется воздух, грани между объектами могут быть размыты, присутствует элемент магии, возможность трактовки. А в американских картинах границы всегда проведены слишком четко и жирно.

Безансон Да, на компьютерах все выходит слишком стерильным. А в такой истории, как наша, с приключениями, с путешествием на воздушном шаре – тут нужен простор для фантазии.

–Кстати, приключения в «Жирафе», особенно история с шаром - это же типичный Жюль Верн. Детская книжная классика на вас тоже влияла?

Безансон – Жюля Верна мы оба любим, так что, конечно, он повлиял. А еще Виктор Гюго - мы заимствовали кое-что из образа Гавроша.

Лие – И историю со слоном, которого выставили перед толпой на площади Бастилии. На самом деле, говорят, никакого слона там не было, это Гюго придумал. У него слон, у нас жираф - в принципе, идея та же.

–А как вы вообще относитесь к идее демонстрации зверей в клетках? Зоопарки - это полезное зрелище, скажем, для детей?

Безансон Ненавижу зоопарки. Ну, то есть существуют большие резервации, заповедники, где звери еще более-менее гуляют на воле. А детям, которые не имеют возможности путешествовать, могут увидеть экзотических животных. Но зоопарк в парижском Jardin de Plantes - это никуда не годится.

Лие – Да, там зверям очень тесно. У меня еще с детства остались тяжелые воспоминания об этом грустном месте.

Безансон – То есть нашей целью было пнуть зоопарки, а заодно покритиковать идею транспортировки бедного животного из привычной среды в совершенно другую часть света. У нас в фильме султан дарит жирафа французскому королю – а совсем недавно, представьте, Китай преподнес Франции двух панд! Причем не насовсем подарил, а отдал напрокат. 200 лет прошло, а руководители стран не изменили привычек делать такие вот «дипломатические» подарки.

Екатерина Чен