Фоззи. Ели воду из-под крана. – Х.: Треант, 2009. – 160 с.

Александр (Фоззи) Сидоренко – музыкант украинской группы «Танок на майданЁ Конго» и бывший журналист-телевизионщик из Харькова, ловко стряпающий свою русскоязычную прозу в промежутках между гастролями. «Александр Аркадьевич пишет, как говорит. А это нынче – большая редкость», – убеждает аннотация к дебютному сборнику его рассказов «Ели воду из-под крана», но верить ей вовсе не обязательно. Разговорный жанр в современной литературе – вещь привычная, и «репортажная» кривая километровых рассуждений «о жизни» не одного автора завела в дебри формального эпигонства. Также не нова практика издания музыкантами своих книжек под шумок популярности – из более или менее успешных украинских аналогов этой звездной тенденции стоит упомянуть сборник повестей «Я, «Победа» и Берлин» Кузьмы Скрябина.

Как бы там ни было, но книга Фоззи примечательна другими стандартами. Налицо вроде бы занятные и необязательные истории в стиле раннего Ильи Стогова из романа «Мачо не плачут» и позднего Сергея Жадана из сборника рассказов «Биг мак». На стильную прозу а-ля «Жизнь взаймы» Ремарка, как хотелось бы автору, явно не тянет, смахивая порой лишь на «Одесские рассказы» Исаака Бабеля. Нет, в этих крутых зарисовках домашнего мальчика, подкрепленных эпиграфами из Курта Воннегута и Стивена Кинга, все про жизнь – про злую харьковскую судьбину, описание которой стало визитной карточкой не одного литературного поколения. Присутствует, конечно, необязательная романтика в истории «Лучше всех» о романе стареющей французской кинозвезды и отельного привратника-нелегала из Харькова. Но мы-то знаем, что настоящая жизнь – она не такая, и поэтому в данном случае «все браки во дворе строились по одному и тому же принципу: мужик бухает, баба его пилит».

Кстати, о поколениях. Разница именно в этой весовой (и весомой) категории делает прозу Фоззи сколько-нибудь интересной на фоне пресловутого «репортажного» стиля, присущего нашей скорострельной эпохе. Скажем, в своей повести «Духless» российский литератор-бизнесмен Сергей Минаев уже обращался к той же генерации, откуда родом наши юные харьковчане из сборника «Ели воду из-под крана». Но если герой книги Минаева, посвященной поколению 1970–1976-х, «свои первые деньги потратил не на «бэху» четырехлетнюю, как у пацанов, а на поездку в Париж», то рассказы Фоззи, как вещает аннотация, «о тех, кому посчастливилось съездить впервые за границу – не на отдых, а «за товаром». В этом-то и разница мировоззрений, в какой бы загранице мы ни жили. Там – поколение малиновых пиджаков и шестисотых «мерседесов», здесь – эпоха джинсов «Мальвина», курток «аляска» и магнитофона «Маяк» с песнями Юры Шатунова.

И все-таки книга Фоззи – не в пример иным исповедям нашего времени – удивительно душевна, точна в деталях и мягка в юморе. Мелкие аферы и крупные бандитские разборки, постоянные бодуны и быстротечные похмелки – вот джентльменский набор героев этой романтической прозы, исполненной порой не в застольно-разговорном стиле, как упоминалось ранее, а на блатном харьковском говорке. Ничего не поделаешь, стаж – как говаривал в «Собачьем сердце» профессор Преображенский. Хорош дворовый любимец Эфимберг из рассказа «Малый», искусно провозглашающий тосты на поминках и собирающий варианты концовки фильма «Коммандос», где Шварценеггер протыкает Бена трубой. Замечателен пляжный фотограф Марк Демирский из «Корабельного раввина», на закате империи вывешивающий с балкона красный флаг, а в оставшееся от социалистических праздников время изо всех сил нарушающий законы любимой страны и слушающий вражеские голоса по приемнику «Океан».

Остальные экзоты из рассказов Фоззи, будучи не менее криминогенными персонажами, воспитанными совковой жизнью, в «незалежной» Украине работают в автосервисе, кроят чемоданы в аэропорту и при любой возможности мечтают свалить за бугор. Под аккомпанемент песен Александра Новикова, вроде той, где герой «вышел родом из еврейского квартала и был зачат за три рубля на чердаке», все эти Малые и Були, Пипеты и Бычки, Толяны и Анжелы прозябают в нищете и грезах о выигрыше в лотерею. Здесь пацаны-таксисты всю жизнь ждут «лоха, который тут в первый раз, который цен не знает и привык в забугорным тарифам», а каждая девчонка спит и видит, как «какой-нибудь загорелый седой француз влюбится в нее и увезет». И ностальгия, товарищи. В основном, конечно, по детству в далекой стране, откуда олимпийский Мишка машет нам ручкой и где даже вода из-под крана, говорят, была газированной и сладкой.

Игорь Бондарь-Терещенко