Хранившееся в закрытых фондах Бостонской библиотеки имени Джона Кеннеди письмо было написано в 1946 году. Сэлинджер, которому было тогда около 27 лет, писал Хемингуэю из Нюрнбергского госпиталя, где оказался во время военной службы. Кстати, письмо написано на печатной машинке — по свидетельству однополчан молодого писателя, он и на войну пошел с печатной машинкой, и иногда печатал чуть ли не под пулями, спрятавшись в окопах.

«Как ваш новый роман?» — спрашивал в письме Сэлинджер у Хемингуэя, одного из своих любимых писателей, выражая надежду, что работа над произведением кипит. «Не продавайте его кинематографу»,— убеждал он его. Впоследствии, когда Сэлинджер сам сделался знаменитым, он наотрез отказывался от предложений экранизировать его произведения, в том числе и самый известный его роман «Над пропастью во ржи».

Письмо, которое широкой публике представят на церемонии вручения литературной премии PEN/Hemingway Award,— единственное сохранившееся документальное свидетельство приятельского общения Сэлинджера и Хемингуэя. В фондах Бостонской библиотеки оно пролежало 30 лет.

О сексе и девушках из Вены

«Дорогой папа»,— так неформально обращается Сэлинджер к Хемингуэю, начиная письмо. «Папа Хемингуэй» прилепилось к знаменитому писателю после того, как он начал жить на Кубе.

Судя по письму, знакомство с Хэмингуэем было Сэлинджеру очень приятно. Он упоминает, что виделся с Лестером Хемингуэем, младшим братом писателя, и нашел его весьма приятным молодым человеком. Сэлинджер называет себя «председателем фан-клуба» Хемингуэя и признается, что минуты их встречи во время войны — единственные военные воспоминания, исполненные надежды.

Не исключено, что Сэлинджер имел в виду их знакомство, произошедшее во Франции в 1944-м году. По некоторым данным, официально, впрочем, не подтвержденным, Хемингуэй, прочитав несколько рассказов дебютанта, благословил его на дальнейшую писательскую деятельность и даже выстрелил дважды из пистолета в честь этого события.

Такой поступок был бы вполне в духе отчаянного Хэмингуэя, но Сэлинджер на войне был вовсе не так бодр. Именно поэтому он оказался в результате с психическим истощением на больничной койке психиатрического отделения, откуда писал своему старшему товарищу.

«Они тут спрашивают меня о моей сексуальной жизни (которая и не может быть нормальной — спасибо!) и о моем детстве (Нормальное. Моя мама водила меня в школу до тех пор, пока мне не стукнуло 24 — но вы же знаете улицы Нью-Йорка)»,— с иронией рассказывает он адресату о своих больничных буднях. Также писатель пишет о том, что просил о переводе в Вену, ведь ему так хотелось бы «примерить коньки на ножки каких-нибудь венских барышень», но вопрос о переводе пока не решен.

О работе Хемингуэя над новым романом Сэлинджер говорит куда серьезнее. «Вы ведь правда работаете над новым романом, да?»,— настойчиво-обеспокоенно интересуется он. Возможно, имелся в виду «Старик и море» принесший Хемингуэю Нобелевскую премию в 1954 году. «Папа Хэм» начал роман в 1940-е, но потом переключился на повесть «За рекой, в тени деревьев», желая записать впечатления о недавно закончившейся войне. «Старик и море» он закончил позже — возможно, опасения Сэлинджера были не напрасными, и в момент написания письма Хемингуэй и правда прервал работу над романом.

Хемингуэй не стал слушать Сэлинджера

Просьбам Сэлинджера о том, чтобы не отдавать книги на экранизацию, Хемингуэй не внял. Уже в 1946-м вышел первый фильм, снятый по мотивам его рассказа «Убийцы». Возможно, узнав об этой экранизации, Джером и упрашивал Эрнеста более не связываться с кинематографом. Фильм, кстати, получил четыре номинации на «Оскар».

В дальнейшем отношения Хемингуэя с кино продолжились. В 1952-м вышла экранизация книги «Снега Килиманджаро», в 1957 году — «И восходит солнце», в 1958-м — «Старик и море» (получивший номинации на «Оскар» и «Золотой Глобус» и одну премию «Оскар») и другие. Всего Хэмингуэя экранизировали около четырех десятков раз. При этом он сам ставил эти фильмы весьма низко и соглашался на них, как пишут его биографы, только ради денег. Так что он, вероятно, был солидарен с Сэлинджером, но был не настолько принципиален, как тот.

Фрик с мечтой о трогательном романе

Об отношении Сэлинджера к войне и службе в армии его письмо говорит недвусмысленно. «Я бы отдал свою правую руку, лишь бы покинуть армию,— пишет он.— Но не по психиатрическим причинам, я просто человек, который вытянул в жизни билет „никак-не-подходит-для-армии“». Сэлинджер признается, что он, в сущности, фрик, но другим людям об этом знать не стоит. Спустя примерно 20 лет, когда он будет уже знаменитым автором «Над пропастью во ржи», тот факт, что его считают человеком очень странным, перестанет волновать Сэлинджера — он просто запрется в своем доме и не будет показываться на публике до конца жизни.

В письме Сэлинджер также рассказывает Хемингуэю о том, что написал уже несколько новых рассказов и часть пьесы, в которой хотел бы сам играть. Он пишет, что у него уже был опыт выступления на сцене, поэтому, он уверен, у него бы вышло. Кроме того, молодой писатель делится со зрелым идеей новой книги. Сэлинджер пишет, что в мечтах у него — «очень трогательный роман». Возможно, он имел в виду вышедший через пять лет «Над пропастью во ржи».

С другой стороны, как пишет знаток его творчества Алексей Зверев, первый вариант этого романа был готов у Сэлинджера еще в 1945-м и даже отправлен в издательство. Однако затем он сам отозвал рукопись и довольно сильно ее переделал.

Поклонники ждут новых романов

Как рассказал агентству AP директор Бостонской библиотеки, письмо Сэлинджера было решено обнародовать из-за возросшего после его кончины интереса к его фигуре. Кстати, это уже не первое письмо Сэлинджера, обнародованное после его смерти. Недавно, 16 марта, в Нью-Йорке открылась выставка, где демонстрируются 10 писем из переписки писателя с его другом Майком Митчеллом. В этих письмах, датированных с 1951 по 1993 годы, Сэлинджер рассказывает другу о своей жизни и работе, об отношениях с журналистами и поклонниками — тех и других писатель не особенно привечал.

Пока публике показывают только документы и переписку Сэлинджера. Поклонники тем временем ожидают публикации его новых книг. В мемуарах дочери писателя, вышедших в 2000 году, она рассказывает, что весь дом ее отца-затворника, который почти все время проводит за работой, завален кипами рукописей. При этом их публикацией он заниматься не желал. По ее словам, писатель завещал опубликовать эти произведения после своей смерти. Джером Сэлинджер скончался 28 января 2010 года в своем доме в Нью-Гэмпшире в возрасте 91 года.

Наталья Пыхова