Завантажити

Люди с правой улицы
и люди с левой улицы.
Делают, что заблагорассудится.
Делают, что хотят.
Люди с центральной улицы
примиряют их,
утихомиривают.

Так проходит жизнь в поселке много лет подряд.

Во втором доме живет Иван в клетчатых штанах.
Он рябит в глазах, его любят шахматисты,
терпеть не могут домохозяйки.
Целыми днями он ходит по центральной улице,
продает персики,
кричит: «Сегодня отдам за четырнадцать,
а завтра уже восемнадцать».
Девочке из соседнего дома завтра восемнадцать,
она смотрит в зеркало и думает:
взрослая, взрослая,
Иван, ничего не продав,
дарит ей все персики,
абсолютно все.

В третьем доме живет Прасковья в оранжевом платке.
ее любят пионеры, терпеть не могут трамвайные мастера,
особенно когда она идет по рельсам
ближе к вечеру,
прямо перед закатом.
Мальчик смотрит в окно и путает ее с солнцем.
С трудом засыпает: то, что он видит
не соответствует тому, чему его учат.
В школе не говорили, что у солнца
длинные растрепанные волосы,
ноги и руки
и что оно умеет танцевать польку
на трамвайных линиях.

В четвертом доме давно никто не живет.
Запустение имеет свой запах, вкус и цвет.
Непрозрачные окна, ржавые замки, гнилые доски,
гладкие, твердые грядки.
Говорят, здесь когда-то был сад,
жил то ли учитель, то ли налоговый инспектор,
некоторые говорят,
что сада не было, а жила сумасшедшая бабка –
говорят многое, всегда говорят:
сплетни и разговоры
обязательно вырастают из пустоты.

В поселке всего пять домов.
Их жители постоянно пересекаются.
Здесь не бывает параллельных прямых –
только многоугольные фигуры.
Художник из первого дома
рисует картонных людей в реальном размере,
вырезает, выносит на улицу:
шахматиста, учителя, балерину...
Поселок отмечают праздник рождения.
Когда фигура притирается,
ее перестают замечать,
художник рисует новую.

В этом месте особенно рады авиакатастрофам.
Падающие с небес самолеты,
огромные лайнеры,
серебристые, будто ангелы,
железные, будто мечи,
длинные, будто жизнь.
Они всегда падают так далеко,
что до поселка не доносится ни копоти, ни шума.
Только острое сияние в небе,
за которым все жители наблюдают,
замирая с запрокинутыми головами,
и в этом синхронном поступке
они становятся еще ближе,
хотя ближе, казалось, невозможно.

2008

читати